Исто­рия горо­да Кас­пий­ска нача­лась в дале­ком 1932 году, когда руко­вод­ство СССР при­ня­ло реше­ние о стро­и­тель­стве заво­да точ­ной меха­ни­ки — «Даг­ди­зе­ля». Имен­но это реше­ние ста­ло судь­бо­нос­ным и дало старт для созда­ния малень­ко­го городка.

«Стро­и­тель­ство заво­да яви­лось одним из важ­ных момен­тов в общем подъ­еме стро­и­тель­ства наше­го госу­дар­ства, пото­му что десят­ки, сот­ни заво­дов в это вре­мя начи­на­ли свое раз­ви­тие. В 1932 году было объ­яв­ле­но о нача­ле стро­и­тель­ства, и пер­вый адрес был: Махач­ка­ла, завод №182»,-рассказывает почет­ный граж­да­нин горо­да Кас­пий­ска Гер­ман Кириленко.

Местом для воз­ве­де­ния заво­да был выбран пустын­ный берег Кас­пий­ско­го моря, к югу от сто­ли­цы Даге­ста­на, Махач­ка­лы. Его реа­ли­за­ция при­шлась на суро­вые воен­ные годы. Вме­сте с заво­дом рос и посе­лок, кото­рый реше­ни­ем Вер­хов­но­го Сове­та Даге­ста­на был назван посел­ком Двигательстрой.

«У рабо­чих сло­жи­лось мне­ние, что это — Дви­га­тель­строй, завод по про­из­вод­ству дви­га­те­лей. И в 1934 году адми­ни­стра­ция, воз­ник­шая вокруг посел­ка, при­ня­ла реше­ние дать ему офи­ци­аль­ное назва­ние. Пото­му что до 34-го года это место офи­ци­аль­но назы­ва­лось: Махач­ка­ла завод №182 и номер бара­ка или номер палатки»,-отметил Гер­ман Васильевич.

Позд­нее посе­лок начал при­об­ре­тать все боль­ше эле­мен­тов город­ско­го субъ­ек­та: появи­лась пер­вая поли­кли­ни­ка, вок­зал, шко­лы и биб­лио­те­ка. В 1936 году, когда чис­лен­ность насе­ле­ния посёл­ка достиг­ла 10 тысяч чело­век, его жите­ли обра­ти­лись в адми­ни­стра­цию рес­пуб­ли­ки с прось­бой о при­сво­е­нии ста­ту­са горо­да и назва­ния «Ста­лин Шагар». Одна­ко в прось­бе было отка­за­но по при­чине недо­ста­точ­ной чис­лен­но­сти населения.

«Про­шло еще неко­то­рое вре­мя, и жите­лей посел­ка ста­ло 15 тысяч. Они сно­ва обра­ти­лись в Вер­хов­ный Совет Даге­ста­на с прось­бой о том, что­бы Махач­ка­ла утвер­ди­ла и дала посел­ку новое назва­ние — Ста­лин-Юрт. Но под­держ­ки не полу­чи­ли»,- вспо­ми­на­ет Гер­ман Васильевич.

Рабо­чие заво­да тру­ди­лись день и ночь, пре­одо­ле­вая невы­но­си­мые усло­вия- маля­рию, отсут­ствие нор­маль­но­го жилья и суро­вый кли­мат. Огни 8‑го цеха горе­ли вплоть до лета 1942 года. Одна­ко, угро­за реа­ли­за­ции фашист­ско­го пла­на «Эдель­вейс», соглас­но кото­ро­му 17 сен­тяб­ря был запла­ни­ро­ван захват Даге­ста­на , вызва­ла у наро­да серьез­ное вол­не­ние, и было при­ня­то реше­ние эва­ку­и­ро­вать завод в Алма-Ату.

«Адми­ни­стра­ция пони­ма­ла , что опас­ность была очень вели­ка, что нем­цы зай­мут Даге­стан, пото­му что взя­ли Киев, взя­ли Харь­ков, взя­ли Ростов-на-Дону, взя­ли Став­ро­поль, Арма­вир, Моз­док взя­ли — уже совсем неда­ле­ко отсю­да. И опас­ность была вели­ка»,- заявил Гер­ман Кириленко.

Это была эпо­ха вели­ких стро­ек, все­об­ще­го энту­зи­аз­ма и бес­пре­це­дент­ной веры в буду­щее. Сего­дня, гля­дя на бла­го­устро­ен­ные про­спек­ты при­мор­ско­го горо­да, слож­но пред­ста­вить, что его нача­ло поло­жи­ли палат­ки и зем­лян­ки на пустын­ном побе­ре­жье. И наш сюжет пол­но­стью осно­ван на вос­по­ми­на­ни­ях Гер­ма­на Кири­лен­ко, чьи роди­те­ли так­же заста­ли вре­ме­ни «Бело­го город­ка» и жили в одной из тех самых палаток.

От моно­го­ро­да с режим­ным про­шлым к мно­го­функ­ци­о­наль­но­му, откры­то­му горо­ду с акцен­том на каче­ство жиз­ни – таков новый век­тор раз­ви­тия Кас­пий­ска. Город, вырос­ший из бара­ков «Дви­га­тель­строя», уве­рен­но пишет новую гла­ву сво­ей истории.